Что такое когнитариат?
Сергей Кургинян, конечно, — не Лев Толстой в современной истории России. Но заголовок этого текста не несет ни малейшего сарказма. Я не снимаю с повестки дня и то, что Кургинян многократно солгал в своих книгах, телесюжетах, манифесте движения Суть времени. (Лапша на уши). Именно, ложь Кургиняна я и буду дальше рассматривать, как отражение революционного процесса современности.
Крестьяне, восставшие в 1905 году, не нуждались в теоретическом обосновании своего бунта. Крестьянам нечего было кушать, крестьяне нуждались в справедливом, с их точки зрения, переделе земли. А православный Бог русских крестьян отвернулся от них, плюнул в них безразличием и феодальной реакционностью русской православной церкви.
И Толстой пошел не против Бога, а против Церкви. И в этом смысле Толстой — зеркало той первой русской революции, где идеальный бессознательный бунт искал идеальной бессознательной справедливости. И справедливость, и бунт были бессознательными, потому что та земля, которую крестьяне все-таки получили в 1917 году, стала для них яблоком раздора, жутким расслоением на голытьбу и кулаков. Эта земля в 1927 году стала поводом для новых революционных движений, а в 1933 — причиной для голода.
Но я здесь не о Толстом, не о его претензиях к высшей Божественной справедливости, а о Кургиняне, с его сознательно подтасованным идеализмом. Как идеализм был подтасован, я уже написал (Лапша на уши), теперь необходимо разобраться, что из этой подтасовки следует, а еще важнее — для чего и для кого это нужно.
Идеализм подтасован неоднократно: то с помощью несуществующих взглядов физиков (Лапша на уши), то через наличие других физических измерений, внутри которых ЧТО-ТО может существовать (Школа сути 5), то через обращение к Веберу («Человек создает общество как систему регуляторов, утверждал Вебер. Эта система регуляторов носит исторически преходящий характер. История есть смена типа регуляторов. А значит, и типа общества». Манифест движения Суть времени). А на выходе важные возможности...
- Отрыв диалектики от материализма (Школа сути 5, Смысл игры — 26). И создание метафизики. «Исторический коммунизм отбросил метафизику, высший принцип светского утешения. Мы восстановим этот принцип в своих правах». (Манифест движения Суть времени, или Кургинян С.Е. Суть времени. — М., 2012. — Т.1, С.53-54).
- Переворот истории с ног на голову. «Чечевичная похлебка» больше не рулит, потому что она «гуляш коммунизма». (Кургинян С.Е. Суть времени. — М., 2012. — Т.1, С.15-16). Следовательно, общественные движения возникают не в силу интересов, а рождаются умом. Революционный класс можно не искать в материальной действительности, и не пытаться понять, почему он революционен. Теперь класс можно сконструировать по образу и подобию своему, наделить его проектом, влюбить в этот проект и сделать своей «дойной коровой». «Мы признаем, что место интеллигенции как прослойки занимает когнитариат как класс, обладающий в XXI веке всеми правами, вытекающими из того, что наука стала полноценной производительной силой». (Манифест...) Ниже я покажу, почему эта, с виду политэкономическая, фраза не верна.
- Если нет диалектического материализма, то и исторический материализм — на свалке. Понятие капитализм — так, для красного словца, потому что не из капитализма рождается суть времени, а из сути времени рождается капитализм. Тут достаточно наделить смыслообразующим значением исторический период — Новое время. А чтобы смысл к периоду прикрепился, назвать этот период не так как принято в восточно-европейской традиции — «Новое время», а «модерн». (Например, Кургинян С.Е. Суть времени. — М., 2012. — Т.1, С.74-76).
- Там, где есть модерн легко оперировать новыми «головными» смыслами: премодерн, постмодерн, контрмодерн, сверхмодерн. Если измерений много, если историю определяет Дух и если физики с этим согласны, то время можно крутить в любую сторону. Куда-то назад, но с отклонением — контрмодерн. Куда-то вперед, но с отклонением — поздний модерн на Востоке. Где-то на месте, вокруг и во все стороны — постмодерн. И куда-то плавно и вокруг, куда Я, Кургинян, планирую — сверхмодерн. (Кургинян С.Е. Суть времени. — М., 2012. — Т.1, С.78-82; Там же. — С.177-180).
- Оговорка, что где-то, когда-то и в какой-то мере социальную среду определяет политэкономия марксизма (Манифест...) похоже нужна Кургиняну лишь для того, чтобы определить хоть какую-то преемственность между СССР и СССР 2.0. Ведь во всей остальной массе текста лидера Сути времени господствует не почва, не материя, а «другие» регуляторы, точно по Веберу — закон, культура, религия и то-что-мы-сейчас-вместе-сочиним.
Учение Сути времени — утопия, проект, который не может состояться уже потому, что является сознательно построенным «замком из песка». Но этот проект воспринят современным обществом, имеет страстных поклонников, он наделен силой. Сила не возникает на пустом месте, общественная сила по определению связана с движением исторической материи, то есть с социальным движением. Я бы вообще по поводу писаний и говорений Кургиняна не нажал ни одну кнопочку клавиатуры, если вокруг него него не возникало бы движения. Но есть утопия и есть движение, есть сила, которая вдохновляется утопией...
Вот я и дал Сергею Ервандовичу повод выразительно сверкнуть взором и произнести уничтожающее: «Ка-щен-ко! Учение не может быть утопией, если у него есть сила, если есть масса, которая им охвачена!» Да, движение есть, есть социальный интерес, и Кургинян является отражением этого интереса. Этот интерес впервые ворвался в современную действительность революцией 1968 года в Европе и США и был грубо оборван реакцией на баррикадах Парижа. То есть интерес этот — не только российский, движение имеет интернациональный характер, оно готово пролить свою кровь, и, следовательно, противоречие, его породившее, — актуально на очень высоком уровне.
Для начала необходимо ответить, почему отражающий это движение Кургинян обогащает мир политической философии новым «королевством кривых зеркал». А, может быть, проблема не в зеркалах, а в том, ЧТО отражается? То есть не зеркала кривые, а движение — не осознано. Напомню, что революция 1968 года — это движение «сердитой молодежи», что именно тогда был пущен в массы оборот про «чечевичную похлебку» и «гуляш коммунизма». Промышленный рабочий класс Европы эту революцию не поддержал, несмотря на то, что она проходила под левыми коммунистическими лозунгами. А вот в соцлагере, как будто на волне этой странной революции взбунтовалась Чехословакия.
Не промышленный рабочий класс, не крестьянство, а образованная, имеющая высшее образование или получающая его, молодежь подняла волну бунта. Но в чем его цель? Кто должен был освободиться? От чего? Вот, что нужно понять через отраженную Кургиняном действительность.
