В школу гомосексуализм вместо Гоголя

В школу гомосексуализм вместо Гоголя:
Министерство образования РФ изгоняет из школы русскую литературу.
Новые программы общего (полного) среднего образования по русскому языку и литературе, утверждённые печально известной РАО, опубликованы. Они убедительно отражают реальный смысл этого спущенного с вредоносных министерских высот официального издания, которое молва нарекла «стандартом совмещённого филузла». Из программы изъяты некогда достойно представленные в подобных документах И.А.Крылов, А.Н.Радищев,В.А.Жуковский, А.С.Грибоедов, Н.В.Гоголь, поэты пушкинской поры, в том числе Е.А.Баратынский, К.Ф.Рылеев, А.В.Кольцов, И.С.Никитин, кроме того, А.К.Толстой, А.Н.Майков, Н.С.Лесков, а также И.С.Шмелёв, В.И.Белов, К.М.Симонов, М.В.Исаковский, Н.М.Рубцов.
Смысл этого документа соответствует направлению кем-то санкционируемого «сверху» системного разрушения отечественного образования от Днепрова, Асмолова и Леонтьевой до Фурсенки, Кузьминова и Калины. Однако «уровень варварства» составителей новой программы значительней, чем в подобных предшествующих циркулярах-рекомендациях.
Сверхзадача последнего документа прозрачна: он приближает филологические знания современного ученика (и без того уже не соответствующие задачам школы в России) к уровню, при котором у школьника не может сложится должного представления о самых значительных явлениях русской словесности в историческом развитии, в основополагающих национальных устремлениях к человечности и любви, в соцветье важнейших её идеалов, патриотизма, пафоса созидания, уважения к труду, стремления к Истине, добру, справедливости и вере в окончательную победу добра.
В списке подобранных произведений, оставленных для изучения писателей-классиков, произведены «чистки» и тенденциозные подмены(мы далее коротко скажем о них, как и о неподходящих к задачам школьной программы авторах, которых искусственно втащили в корпус рассматриваемого документа). Во всём этом педагогическая «полиция мысли», враждебная русской культуре, достаточно ясно обнаружила свою разрушительную целенаправленность и нечистоплотность.В созданной ныне в России «новой» культурно-образовательной среде молодой человек, не приобретя в школе представления о чём-то незаменимо важном, скорее всего останется обделённым на всю жизнь, главное же - не получит должного доброго«заряда» во время. Это не просто - плохо. Это преступно[6]. И акции, содействующие этому, должны быть наказуемы. Ибо лишать русскую молодёжь необходимой духовной пищи сознательно (а так оно и есть!), морить её духовным голодом может только враг русского народа. Это духовный геноцид в чистом виде. Праведная власть должна привлечь за это к суду! Не мне разбираться, кто лично несёт ответственность за подлое дело умопогашения. Но отвечать за духовный геноцид народа рано или поздно придётся...
Этот духовный геноцид был запрограммирован ещё документом середины ХХ века, связываемым с именем Алена Даллеса, одного из зачинателей информационно-психологической войны с Россией. В нём были прописаны задачи, вполне соответствующие нынешним действиям разрушителей полноценной школы, старательно умаляющих возможность школьного влияния русской классической литературы на молодёжь. «Мы, - говорилось там о России, - незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти ценности поверить...Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного на земле народа, окончательного необратимого угасания его самосознания».
Даллес планировал затем вытравить из литературы и искусства социальную сущность, узаконить массовую культуру, которая «будет изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства», «насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства». Он намечал изменение шкалы ценностей: «Честность и порядочность будут осмеиваться и никому не станут нужны, превратятся в пережиток прошлого. Хамство и наглость (как не вспомнить «афоризм» г.Чубайса «Побольше наглости!» - В.Т.), ложь и обман, пьянство и наркоманию, животный страх друг перед другом и беззастенчивость, предательство, шовинизм и вражду народов, прежде всего вражду и ненависть к русскому народу: всё это мы будем ловко и незаметно культивировать...И лишь немногие, очень немногие будут догадываться и понимать, что происходит (выделено мной - В.Т). Но таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратим в посмешище. Найдём способ их оболгать и объявить отбросами общества»[7].

Как советский школьник "сделал" Америку

Они никогда не виделись и даже не писали друг другу писем. Алексей Куцков вырос в Москве, Стивен Лапекас — в Чикаго. Их судьбы пересеклись лишь однажды, когда обоим было по 16 лет. Советскому и американскому школьникам суждено было представлять свои державы в одном из эпизодов исторического соревнования СССР и США — чья система образования лучше. И Алексей Куцков победил. Советский десятиклассник претворил в жизнь заветную мечту Никиты Хрущева: он не только догнал, но и перегнал Америку. На целых два года…

Началась эта история в солнечный осенний день 1957 года.

5 октября газета «Правда» опубликовала сообщение ТАСС: в СССР осуществлен запуск первого искусственного спутника Земли. Десятиклассник Леша Куцков и его товарищи из 49-й московской школы, как и все советские ученики, студенты, инженеры, рабочие и колхозники, ликовали.

Русское слово sputnik в тот же день услышал и другой герой нашей истории, американский школьник Стив Лапекас — о прорыве русских в космос говорила вся Америка, хотя эмоции были иными…

Газеты отводили спутнику первые полосы. «Америка не может больше пребывать в состоянии успокоенности, полагая, что держит все мировые ноу-хау на кончике пальца. Советские ученые и учителя высоко ценятся в своей стране, и советская политика, в которой наука заняла место религии, вознаграждена… Заявление ТАСС о запуске сателлита — вершина советской пропаганды: миру, который прежде посмеивался над хвастовством Советов о лидерстве в мировых изобретениях, продемонстрировали выдающееся достижение науки». Соцопрос, проведенный сразу после запуска спутника среди жителей провинциального Балтимора, показал, что более 60% горожан узнали о запуске в первый же день; 17% достаточно хорошо представляли себе, что произошло, столько же могли рассказать о полете аппарата. В Вашингтоне же наблюдался настоящий шок.

По американской истории, казалось, прошла межа, разделившая ее на эпоху до и после спутника. Выступления представителей администрации и военного ведомства противоречили друг другу. 8 октября госсекретарь Джон Фостер Даллес, пытаясь хоть как-то поправить ситуацию, направил пресс-секретарю Белого дома предложения для официального пресс-релиза. Отдавая должное событию большой научной важности, госсекретарь подчеркивал, что переоценивать его не стоит: СССР оказался лидером, во-первых, потому что с 1945 года форсировал соответствующие технологические разработки, а во-вторых, советские ученые могли воспользоваться соответствующими разработками немцев. Американцы, между тем, рассуждали иначе. На вопрос службы Гэллапа: «Как русским это удалось?» — 30% ответили, что «русские лучше работают», 20% приписали успех достижениям германских ученых, 15% посчитали, что «у русских все лучше организовано»… Более половины опрошенных из Вашингтона и Чикаго сочли, что запуск сателлита — это удар по престижу Америки.

В том, что это так, в Белом доме не сомневались. Архивы сохранили немало документов, где первые дни после запуска именовались кризисом. 10 октября собрался Совет национальной безопасности. Слушали: «О влиянии спутника на нацбезопасность США» (докладчик глава ЦРУ Аллен Даллес). Запуск для ЦРУ не являлся секретом, заверял Даллес. В разведывательном сообществе знали, что русские готовы это сделать, но после ноября. В ЦРУ обеспокоены другим: «Хрущев расчехлил все свои пропагандистские пушки». Весь мир стоит на ушах.

«Спутник — это результат сватовства науки, образования и технологии. От того, состоится ли такой брак у нас, и зависит будущее Америки», — убеждали совбез ученые-эксперты.

К ним прислушались. Менее чем через год после триумфа Советов на свет появилась новая, модифицированная НАСА (National Aeronautics and Space Administration), наделенная президентом самыми широкими полномочиями по «планированию, разработке и проведению работ в сфере аэронавтики и космоса».

«Спутнику» суждено было стать буксиром американской науки и образования. Стремительно реформировалась работа научных центров и университетов.

Журналисты же копнули глубже: почему университеты? Почему не начать со школы? Ведь следующие технологические прорывы и у русских, и у американцев — за нынешними выпускниками… За старшеклассниками Куцковым и Лапекасом, решили в популярном журнале «Лайф». То есть выбор пал на этих «подопытных» ребят из СССР и США не сразу. Сначала (и надо полагать, не только в журналистских умах) родилась головокружительная идея…

Кризис школьного образования — то, о чем говорили давно и без толку — четко высветил советский спутник, писал «Лайф» 24 марта 1958 года. Школы переполнены, учителей не хватает. Зарплату им платят нищенскую, а иным лучше бы и вовсе не платить. Детей кормят завтраками, заботясь об их желудках, а до умов никому нет дела. Способным ученикам не уделяется должного внимания, а с бездарями возятся. Общих положений о школе и школьных программах не существует. И это американская школа? Невозможно! А что у русских?

Экспериментировать решили на живых людях: взять советского и американского школьников и ходить в течение месяца за ними по пятам. Как учатся, что читают, чем занимаются после уроков. Тут-то и станет ясно, чья система образования лучше. Уже в начале 1958 года американская делегация приехала в столицу СССР искать «жертву». Приглянулась (или кто надо ненавязчиво посоветовал?) школа N49 на Фрунзенской набережной.

Алексей Куцков до сих пор не знает, почему выбор пал именно на него. Отец погиб на фронте, мать — инженер, настояла на занятиях музыкой, купила пианино. В 12 лет записался в конькобежную секцию в ЦСКА, а через некоторое время выбрал волейбол. Играл за команду мальчиков, юношей и сборную Москвы.

— Директор школы Мария Полуэктовна Скворцова, сейчас уже покойная, объяснила мне, что американцы будут целый месяц рядом со мной, чтобы понять, как учатся и живут советские школьники. Особого акцента на то, что я представляю свою страну, она не делала, но просила постараться. И я старался.

Корреспонденты и переводчик сидели на всех уроках 10 «Б», где учился Куцков, сопровождали его на волейбольные тренировки, в музеи, на школьные вечеринки и в гости к друзьям.

Алексей Куцков уже и не помнит, как звали американских гостей, которые провели с ним весь февраль 1958 года.

— Им было где-то за 30, но мне, 16-летнему, они казались людьми в возрасте. Оба высокие, наверное, под метр восемьдесят пять, и выглядели респектабельными джентльменами. Во всяком случае, мне тогда джентльмены представлялись именно такими. Все время ходили в хороших строгих костюмах с галстуками. Ни о какой дружбе между нами не было и речи. Весь месяц «исследователи» питались в ресторанах, но меня с собой не пригласили ни разу. Не было ни подарков, ни сувениров, ни пресловутой жвачки. Возможно, это входило в условия эксперимента: все должно было быть как всегда… Вообще-то дотошными они были ребятами. Но и воспитанными — если я говорил: сюда я пойду один, не приставали с уговорами. Например, они ни разу так и не побывали у меня дома, хотя очень хотели. У меня тогда болел дедушка, и я сказал: ко мне нельзя. Посокрушались, но не настаивали… Каждое утро они поджидали меня в школе. Сидели на уроках, на переменах, правда, оставляли в покое. А после уроков мы вместе ехали куда-нибудь.

О том, что точно такое же исследование проводилось и в американской школе, что был некий «подопытный» Стивен Лапекас, я узнал уже потом, когда мне подарили номер журнала «Лайф».

Программа исследования, критерии для сравнения двух систем образования составлялись американцами. Они хотели выяснить, что Америка и СССР подразумевают под «хорошим средним образованием». Сравнивали набор изучаемых в школах предметов; отношение к занятиям учеников; книги, которые они читают, как проводят свободное время. Результаты исследования были опубликованы в журнале 24 марта 1958 года и совершенно потрясли Америку.

Выяснилось, что хотя Алексей и Стивен ровесники, Алексей как минимум на 2 года опережает американца по образованности.

Стивен изучает английский, американскую историю, геометрию и биологию. Для него самый сложный предмет — геометрия, поэтому его матери приходится платить 4 доллара за час дополнительных занятий в неделю. Список предметов у Алексея намного больше, и по всем он одинаково хорошо успевает.

Алексей читает Шекспира и Шоу, а Стивен только закончил приключенческую книгу Стивенсона. И вообще, подчеркивают авторы эксперимента, в американских школах ученики предпочитают не читать литературные произведения целиком, а ограничиваются рецензиями. В советской же школе это недопустимо. Оба юноши активно занимаются спортом. Стивен 11 часов в неделю плавает в бассейне. Алексей ходит в волейбольную секцию три раза в неделю и еще пять раз в неделю занимается музыкой. Стивен каждый день встречается со своей подругой, любит бывать на вечеринках и танцевать рок-н-ролл. У Алексея же почти нет свободного времени, а отношения с девушками явно отстают от американского стандарта. Стивен общительный, с чувством юмора, лидер во всех школьных мероприятиях. Алексей трудолюбивый, целеустремленный, даже агрессивный. Стивен легкомысленно относится к учебе, хотя собирается поступать в колледж. Но он знает, что это не гарантия его успеха в жизни. Для Алексея на первом месте оценки в школе, он серьезно настроен поступить в институт и уверен, что именно от этого зависит его дальнейшая судьба.

Советская школа, подчеркивали исследователи, уделяет большое внимание фундаментальным научным предметам — химии, математике, физике, астрономии, но у Алексея хорошая подготовка и по литературе и языкам. Есть, правда, проблемы с историей, но отнюдь не по вине ученика: после смерти Сталина школьный курс переписывается, и экзамен по современной истории пока отменен. И вообще в России и Восточной Европе у детей больше резона учиться. В СССР ученые и инженеры — представители новой аристократии, и единственный путь влиться в ее ряды — это образование.

… Выводы из эксперимента Америка сделала. Хотя подошла к делу по-своему, по-американски прагматично. Нищих учителей в США не стало, а школ стало больше. Администрация запустила программу поддержки наиболее способных учеников — им выделялись стипендии. Словом, американская школа забыла о бедности. Но тогда, в 1958 году, случилось еще кое-что: американцам дали понять, что в соревновании с СССР дело придется иметь с новым и образованным поколением русских, за которыми придется тянуться и от которых непросто будет не отстать. И этот урок преподал им десятиклассник Леша Куцков.


6 мая Алексею Куцкову исполнилось 60. Он заместитель гендиректора «Норильских авиалиний», отвечает за вопросы безопасности и качества. «Главное в нашем деле — это образование персонала и пилотов, — убежден Куцков. — Ведь 70% всех авиакатастроф, происходящих в мире, случаются по вине летного состава».

60 лет и его коллеге Стивену Лапекасу. Он тоже связал свою жизнь с авиацией.

— Мне, конечно, хотелось бы как-нибудь увидеться со Стивеном, поговорить с ним. Но сначала я не знал, где его искать. Потом, когда по работе бывал в Америке, попросил знакомых свести нас. Но Лапекас от встречи отказался. Я же не стал настаивать, — рассказывает Куцков.

Стивен Лапекас предпочитает больше не общаться с журналистами, не вспоминать тот месяц из своей жизни в 1958 году. Куцков считает, что Лапекасу это просто неприятно, ведь не он стал победителем.

Сам Стивен подтвердил это предположение в короткой беседе с корреспондентом The Moscow Times в 1998 году — единственном исключении из правила не встречаться с прессой. Еще он сказал, что обижен на «Лайф», потому что в той статье он предстал «танцующим мальчиком», не знающим ничего, кроме рок-н-ролла. Такая слава на всю Америку ему, мягко говоря, неприятна. Что было после школы? Окончил университет штата Иллинойс по специальности «физкультура». Потом учился в военном колледже, 5 лет служил в армии, 8 месяцев провел во Вьетнаме. Уйдя на гражданскую службу, Лапекас стал работать в американской авиакомпании Trans World Airlines (TWA). В течение 30 лет он был в ней пилотом. Еще «на счету» Лапекаса двое детей от первой жены, двое — от второй и два внука. В России не был и не собирается.

Алексей Куцков тоже слегка обижен на «Лайф». «Когда меня снимали для обложки, фотограф нарочно поставил меня прямо на солнце. Мне пришлось сощуриться, а в результате вид получился насупленный и агрессивный. Особенно по сравнению с весело улыбающимся Стивеном», — говорит он. В остальном же Куцков, конечно, горд, что не подвел свою страну. Он считает, что действительно очень многим обязан своей школе, в которой директор Скворцова собрала лучших преподавателей. Школу Алексей, кстати, окончил с серебряной медалью. Но она не пригодилась — в Московский авиационно-технический институт он поступал в тот год, когда с серебряной медалью вместо одного экзамена пришлось сдавать все. Но при конкурсе 17 человек на место поступил легко: «Авиация была моим хобби еще в школе, когда я строил модели самолетов. Поэтому и поступил в МАТИ на факультет авиационных приборов».

Куцкова распределили на работу в Шереметьево, где тогда находилась авиационно-техническая база полярной авиации. В 26 лет он уже был замом главного инженера этой базы, летал в Тюмень и на Северный полюс.

А в 1970 году Куцков был отобран на подготовку к космическому полету в отряд космонавтов. Но через год, после гибели экипажа Добровольский-Волков-Пацаев (их спускаемый аппарат разгерметизировался во время возвращения на Землю), дело затормозилось. Пошел в аспирантуру ГосНИИ гражданской авиации. Приказом министра в 1974 году был направлен на работу в Госавианадзор. В этой организации, следившей за безопасностью полетов, Куцков проработал до 1991 года, дослужившись до начальника управления по расследованию и профилактике авиационных происшествий. За 20 лет работы Куцков лично расследовал более 60 авиационных происшествий и инцидентов.

ЦИТАТЫ ИЗ СТАТЬИ А. ЭЙНШТЕЙНА "ПОЧЕМУ СОЦИАЛИЗМ?".

ЦИТАТЫ ИЗ СТАТЬИ А. ЭЙНШТЕЙНА "ПОЧЕМУ СОЦИАЛИЗМ?".

[ЭЙНШТЕЙН ОБ ИНДИВИДУАЛИЗМЕ ]

 «Мы достигли такой точки, когда я могу вкратце сказать о том, что составляет суть кризиса нашего времени. Она касается отношения индивида к обществу. Индивид сейчас более чем когда-либо осознал свою зависимость от общества. Однако он ощущает эту зависимость не как позитивное качество, не как органичную связь и защитную силу, а скорее, как угрозу своим естественным правам и даже своему экономическому существованию. Более того, его положение в обществе таково, чтоэгоистические стремления всё время подчёркиваются, в то время как его социальные стремления, более слабые по своей природе, всё более вырождаются. Все люди, независимо от их положения в обществе, страдают от этого вырождения. Бессознательные узники собственного эгоизма, они чувствуют себя неуверенными, одинокими, лишёнными способности просто, наивно и безыскусственно наслаждаться жизнью. Человек может обрести смысл жизни, как бы коротка и опасна она ни была, только посвятив себя обществу».

[ ЭЙНШТЕЙН  О «НЕЭТИЧНОСТИ» НАУКИ]

«Социализм обращен к социально-этической цели.  Наука же не способна создавать цели.  Еще менее - воспитывать их в человеке.  В лучшем случае, наука может предоставить средства к достижению определенных целей.  Но сами цели порождаются людьми с высокими этическими идеалами.  И, если эти цели не мертворожденные, а обладают жизненной силой, их принимают и осуществляют те массы людей, которые полусознательно определяют медленную эволюцию общества. 

Вот почему нам следует проявлять осторожность, чтобы не преувеличить значение науки и научных методов, когда дело касается человеческих проблем.  И не следует полагать, что только эксперты имеют право судить о вопросах, влияющих на организацию общества»

 [ЭЙНШТЕЙН ОБ ОЛИГАРХА ТИПА ПРОХОРОВА]

«Действительным источником этого зла, по моему мнению, является экономическая анархия капиталистического общества.  Мы видим перед собой огромное производительное сообщество, чьи члены все больше стремятся лишить друг друга плодов своего коллективного труда.  И не силой, а по большей части соблюдая законом установленные правила.  В этой связи важно понять, что средства производства, т.е. все производственные мощности, необходимые для производства как потребительских так и капитальных товаров, могут быть и по большей части являются частной собственностью отдельных лиц. 

Для простоты изложения я буду называть «рабочими» всех тех, кто не владеет средствами производства, хотя это и не вполне соответствует обычному использованию этого термина.  Владелец средств производства имеет возможность купить рабочую силу рабочего.  Используя средства производства этот рабочий производит новую продукцию, которая становится собственностью капиталиста.  Самое существенное в этом процессе заключается в соотношении между тем, что рабочий производит и сколько ему платят, если то и другое измерять в их действительной стоимости.  Поскольку трудовой договор является «свободным», то что рабочий получает, определяется не действительной стоимостью произведенной им продукции, а его минимальными нуждами и соотношением между потребностью капиталиста в рабочей силе и числом рабочих конкурирующих друг с другом за рабочие места.  Важно понять, что даже в теории заработная плата рабочего не определяется стоимостью произведенного им. 

Частному капиталу свойственна тенденция к концентрации в руках немногих.  Это связано отчасти с конкуренцией между капиталистами, отчасти потому, что техническое развитие и углубляющееся разделение труда способствует формированию все более крупных производственных единиц за счет меньших.  В результате этих процессов появляется капиталистическая олигархия, чью чудовищную власть демократически организованное общество не может эффективно ограничивать». 

[ЭЙНШТЕЙН О ПЛАНОВОЙ ЭКОНОМИКЕ И СИСТЕМЕ ОБРАЗОВАНИЯ ]

«Я убежден, что есть только один способ избавиться от этих ужасных зол, а именно  путем создания социалистической экономики с соответствующей ей системой  образования, которая была бы направлена на достижение общественных целей.  В такой экономике  средства производства принадлежат всему обществу и используются по плану. 

Плановая экономика, которая регулирует производство в соответствии с потребностями общества, распределяла бы необходимый труд между всеми его членами способными трудиться и гарантировала бы право на жизнь каждому мужчине, женщине и ребенку. 

Помимо развития его природных способностей, образование человека ставило бы своей целью развитие в нем чувства ответственности за других людей, вместо существующего в нашем обществе прославления власти и успеха». 

Образование в СССР лучшее в мире. Доказано Финнами.Финляндия отменила Болонскую систему,ЕГЭ и фактически внедрила систему образования СССР! Результат-первое место в мире наравне с Китаем по уровню образования!

What Americans Keep Ignoring About Finland's School Success - Anu Partanen - National - The Atlantic